«Пройдемте! Предьявите статистику и все ваши отчеты в принятой нами форме»

Джеймс Холден однажды точно заметил, что некоторые ученые, даже внося вклад в изучении истории астрологии, сохраняют такое отношение к ней самой, какое можно было бы ждать от Ясера Арафата, если б тот взялся за написание истории сионизма. Но это еще полбеды.

Астрология (новодел, эксплуатирующий это имя, разумеется не при чем) — своего рода сложная лингвистика, перевод языка астрономии на язык характеристик времени, а с него — на язык земных событий. Очень сложный перевод, культура которого долгое время находилась в полном упадке. С недавних пор она восстановлена достаточно, чтобы перестать о ней говорить как о чем-то недоступном. Правда, лишь для тех немногих, кто готов отдать несколько лет на изучение предмета, не воспринимаемого остальными всерьез.

Почему? Оттого что нынешняя культура научного знания представляет свою текущую модель как единственно верную — несмотря на то, что ее история утверждает обратное: модели меняются. Претензия на исключительность нынешней антинаучна по своему духу. Это явление (см. scientism) скорее сродни тем функциям, которые обычно брали на себя религии в периоды нетерпимости к конкурентным.

Оттого упоминание астрологии вселяет в скептика щекотливое ощущение возможности удобно устроиться одновременно в нескольких так хорошо знакомых в России ролях: вахтера, таможенника, паспортистки, проверяющего московскую прописку милицейского патруля из 90-ых и двойника Петросяна. Под сомнением целесообразность подыгрывать такой ролевой расстановке — ведь проблема знакомства с неизвестным языком решается только лишь его изучением.

История отношений между астрологом и скептиком стара как мир. Одним из примеров может служить происшедшее между двумя яркими представителями своего времени, британским астрологом-врачом Джоном Партриджем и известным писателем Джонатаном Свифтом, принципиально не желавшем ее знать, но не упускавшим случая подвергнуть ее издевке.

Первый опубликовал в 1680 альманах общих предсказаний Merlinus Liberatus, имевший большой успех. Джонатан Свифт отреагировал на этот успех по своему: в 1708 году он под псевдонимом сначала не поленился напечатать предсказание точной даты смерти астролога, а немного спустя издал еще один альманах, константировавший, что предсказание сбылось и Партридж действительно умер в точно предсказанный срок. «Доказательство» заканчивалось двустишием:

Weep all you customers that use
His pills, his almanacks, or shoes


В те времена «шутка» имела неопровержимый информационный эффект. Партриджу пришлось приостановить выпуск альманаха, чтобы постепенно убедить публику в том, что он в добром здравии. Это ему удалось и его карьера больше не прерывалась ни бедствиями, ни профессиональными ошибками. Умер он с почестями, отмеченный в 1715 году в научной Miscellanea Lipsiensia как «Джон Партридж, из числа философов, прославленный астролог и астроном Англии». Свифт окончил свои дни, как известно, сойдя с ума.

Заметки

Комментировать

Для того, чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться.